Теракты в Брюсселе глазами очевидцев и местных жителей. «Я поймал себя на мысли, что мне не страшно»

Заметки
21:34, 22 марта
6 629
0

В Брюсселе во вторник, 22 марта, произошли два теракта: сначала две бомбы взорвались в аэропорту «Завентем», позже еще один взрыв прогремел в метро. По меньшей мере 34 человека погибли, более 130 ранены. В стране ввели максимальный уровень террористической угрозы: закрыт аэропорт, прекращено движение общественного транспорта, жителей просят не выходить на улицы. Дождь поговорил с очевидцами и горожанами о том, как Брюссель пережил этот день.   

Фото: AP Photo / Geert Vanden Wijngaert

Андрей Мамыкин, депутат Европарламента от Латвии:

«Утром, заходя в Европарламент, я встретил знакомого шофера, который кого-то возил в аэропорт. Он рассказал о трех взрывах в аэропорту, он так и сказал, что три. Потом у нас началось заседание, и уже во время голосования депутаты стали выкрикивать сообщения о взрывах в метро. И каждый раз несколько секунд после этих сообщений —тишина в зале. Все мероприятия и концерты отменены, работа сегодня по сути была остановлена. Над Европарламентом и над всем Брюсселем кружат вертолеты, рокот стоит в ушах. «Мальбек», станция, где произошел взрыв находится вблизи от Европейского парламента. В воздухе что-то напряженно-опасливое, с работы пойду домой пешком, это безопаснее. 

Я поймал себя на мысли, что мне не страшно. Может быть, мне легче: я почти 20 лет работал журналистом и бывал в горячих точках. Поэтому просто стал отслеживать новости, обзвонил всех знакомых, друзей, ассистентов. Поговорил с коллегами, ни у кого не было паники и ужаса.

Безумно жалко людей, пострадавших во время терактов. Ведь кто погиб? Те, кто улетали, кто через несколько часов должны были оказаться дома или в командировке, и простые бельгийцы, которые ездят каждое утро в 8-9 часов утра в метро. Их уже не вернуть и это безумно больно».

Анна Вергазова, студентка:

«Я живу в 15 километрах от Брюсселя и почти каждый день мне нужно ездить в город. Когда я пошла на станцию, чтобы купить билет на электричку, несколько поездов были отменены, в фейсбуке началась паника по поводу аэропорта, через какое-то время стали писать про метро. Сейчас многие уезжают на пасхальные каникулы. Началась безумная паника — как после Парижа, когда вывели вперемешку полицию и армию. Везде стали трубить разную информацию.

В здании, где я живу, с утра прогремела сирена, чтобы дать нам понять, что сегодня мы сидим дома. Тяжело и странно, никто не может разобраться что происходит. До Брюсселя доехать невозможно: отменили поезда, такси нельзя взять. Но, если честно, мне самой не особо хочется ехать в город: дорога проходит через Моленбек [район Брюсселя, где жили предполагаемые организаторы парижских терактов] .

У меня знакомые собирались улетать. Многие просто взяли чемоданы и пошли домой, понимая, что не улетят сегодня. Другие просто сидят и ждут, пока что-то станет понятно. Там сейчас очень неприятно, проходят обыски».

Артем Хан, журналист:

«Город по-прежнему переживает последствия трагедии. До сих пор шок не прошел. Все связывают сегодняшние теракты с тем, что буквально три дня назад был задержан террорист номер один в Европе. Теракт считают своеобразным ответом. Но нет паники. Есть шок, страх, но какого-то панического ужаса нет. Все пытаются осознать, что произошло и как с этим дальше жить».

Александра Зинина, сотрудница кафе:

«Город блокирован, общественный транспорт не ходит, люди перепуганы. Европейцы не привыкли к таким потрясениям и взрывам. Они говорят: мы либо погибнем, либо останемся живы, мы не знаем, что нам делать.

Я работаю в маленьком кафе, куда сегодня весь день приходят люди, чтобы обсудить произошедшее. Они растеряны, они целый день смотрят новости».  

София Гордиенко, специальный корреспондент телеканала «Интер»:

«Люди спокойны. В том месте, где произошел взрыв, — там паника, а в другом районе люди гуляют и читают книги, только время от времени тишину разрезает серена полицейских машин и скорой помощи.

Больше всех взволнованы те, кому скоро улетать. В воскресенье в Европе Пасха, многие планировали на эти дни свой отпуск». 

Евгений Виноградов, местный житель:

«Пока я шел на работу, я проходил мимо станции метро «Мальбек», где был первый взрыв. Прошел буквально за несколько минут до взрыва, после прибыл на железнодорожную станцию Шуман, сел на поезд и поехал в пригород.

Мне очень повезло. По моим ощущениям, буквально пять-десять минут разницы и все могло случиться для нехорошо».  

Аркадий Сухолуцкий, журналист:

«Власти, что называется, расслабились. Поймали организатора парижских терактов и не ожидали, что ответ будет таким кровожадным. Что поражает меня в этой истории (я уверен, что это изменится), но до сегодняшнего утра, любой мог зайти в здание аэропорта, не было никаких рамок металлоискателя. И в метро никогда такого не было. Возможно, местные службы безопасности просто не понимают как с этим работать. И вот террористы бьют там, где слабые места».

Дождь в вашей почте
Полная версия
Полная версия
Сможете решить известную задачу про мост?
Решите ли вы знаменитую задачу о шляпе заключённого? — Алекс Гендлер
Порох: от праздника до войны
Откуда взялось золото? — Дэвид Ланни
Три совета по обретению уверенности в себе
Есть ли у животных язык? — Мишель Бишоп
Как рождаются воспоминания и как мы их теряем — Кэтрин Янг
Джошуа Фор: Трюки памяти, на которые способен каждый
Эстер Перель: Секрет поддержания страсти в длительных отношениях
Рассел Фостер: Почему мы спим?
Джейми Оливер: Обучить каждого ребенка тому, что такое еда
Стивен Хокинг: Задавая вопросы о вселенной
Келли МакГонигал: Как превратить стресс в друга?
Моника Левински: Цена позора
Памела Мейер: Как распознать лжеца
Мэйсун Зайид: У меня 99 проблем... и церебральный паралич лишь одна из них
Джулиан Ассанж. Зачем миру WikiLeaks
Если бы мы обладали сверхспособностями: Бессмертие — Джой Лин
Ген рака, который есть у всех — Михаэль Виндельшпехт
Билл Гейтс о том, как мы можем менять вещи вокруг нас
Эндрю Соломон: Депрессия — наша общая тайна
Бенджамин Цандер: Сила классической музыки
Йоханн Хари: Всё, что вы знаете о наркозависимости, неправильно
Адора Свитак: Чему взрослые могут научиться у детей
Шон Ачор: Как счастье может помочь нам работать лучше?
Что придаёт ценность долларовой банкноте? — Дуг Левинсон
Омерзительный и смертоносный комар — Роуз Эвелет
Как сахар влияет на головной мозг — Николь Авина
Как простые идеи приводят к научным открытиям
Неожиданная математика на картине Ван Гога «Звёздная ночь» — Наталья Сент-Клер
Что делает татуировки долговременными? — Клаудия Агирре
Хелен Фишер: Почему мы любим и изменяем
Почему мы плачем? Три типа слёз — Алекс Гендлер
Арианна Хаффингтон: Как стать успешным? Высыпайтесь!
Что такое «Всемирная паутина»? — Твила Камп
Дэн Паллотта: Мы в корне неправильно думаем о благотворительности!
Аманда Палмер: Искусство просить
Полная версия
Полная версия
Самое важное
Оказывается, отменить можно все: выборы в Барвихе и долг России в $50 млрд. И как стать суперпопулярным, если тебе 11 и ты любишь динозавров. Итоги 20 апреля
Омбудсмен в погонах, Гребенщиков у Бастрыкина и конструктивизм в лесах. Итоги 21 апреля
Американский профессор Дейдра Макклоски объясняет, как возродить экономику России. В чем заблуждаются экономисты, а также о смене пола и идеях, которые меняют мир
Первое интервью осужденных на Украине за терроризм «бойцов ГРУ». «Нам отомстили за Савченко. Но чем они тогда отличаются от России?»
За кого проголосовал Нью-Йорк, что связывает Берни Сандерса и Папу Франциска. И за какую команду играют американские спортсмены. Теннисист Евгений Кафельников во втором выпуске «Американских гонок»
Сати Спивакова — Ксении Собчак: «Не надо осуждать тех, кто подписывает письма в поддержу Путина». О компромиссах, на которые идут творческие люди, спектакле «Машина Мюллер» и ситуации в Большом театре
Рогозин как последняя надежда российского авиапрома. И в доме какого сенатора поместится горнолыжный курорт
Премьера на Дожде. Документальный фильм о Сергее Михалке и группе Brutto
Белковский сыграл роль Путина в воображаемом разговоре с Хиллари Клинтон. А также о карьерных амбициях Бастрыкина, и как Прохоров пал жертвой Золотова
«Россия никогда не была государством, из которого можно выбивать долги». Антон Табах о рубле, Кудрине и деле ЮКОСа
Скрепоносцы с тарелочками, тигры против избирательной плоти, и безмозглые люди на Марсе. Белковский и Невзоров выбирают родину и двигают горы
«Гребенщиков живет в том русском мире, в котором хочется жить и мне, а Бастрыкин — в другом». Олег Кашин о БГ и СК
Будущее ислама в России: чего ждать? Обсуждаем с экспертами
Шпионы, интеллигенты и другие враги империи. Почему в России так много предателей?
Голосовать или протестовать? Имеет ли смысл идти на выборы осенью — обсуждают Константин Костин, Константин Янкаускас, Сергей Пархоменко и зрители Дождя
Лобков обожествляет Путина, Собчак изучает тайные переговоры телекиллеров. Таинственная гибель солдата из секретной ядерной части и мастер-класс улыбки от конькобежца Скобрева
Михаил Бондарев: «Раньше я был сконцентрирован только на деньгах. Не хочу назад». Глава единственного в России фонда по реабилитации онкобольных детей, о том как это стало делом всей его жизни