Леонид Ярмольник: на месте Путина я бы запретил все ток-шоу на центральном ТВ. Разговор о кино и телевидении 90-х

Как всё начиналось
14:37, 19 марта
57 678
20
Вы смотрите демо-версию ролика,
полная версия доступна только подписчикам
Уже подписчик?
Поделиться  
Другие выпуски

«Если бы был жив Влад Листьев, то такого телевидения бы не было», — говорит гость программы «Как все начиналось» Леонид Ярмольник. Вместе с Михаилом Козыревым обсуждали мир телевидения и кино в эпоху девяностых и в нынешнее время. 

Я приглашаю в гости тех людей, которые не просто проживали это время, а еще и творили. Сегодня у меня в гостях Леонид Ярмольник, творец девяностых, можно сказать так.

Не проживали, выживали.

А до какой степени это коснулось вас лично? Можно ли назвать это и для вас эпохой выживания?

Абсолютная эпоха выживания была. Не с материальной точки зрения, с точки зрения куска хлеба, а с точки зрения работы было абсолютное выживание. Потому что если брать начало девяностых, было непонятно, что завтра делать. И вообще что нужно делать, что можно, что возможно сделать. Наступило время личных инициатив, личных возможностей, амбиций. Я и раньше так работал, где-то с середины восьмидесятых, но в девяностых наступило такое безвоздушное пространство, когда ничего никому не было нужно. Кино развалилось.

Все-таки рубеж восьмидесятых-девяностых вы встретили как человек, которого знает вся страна. 

Страна меня знает практически с Октябрьской революции. Уже путаница, кто старше, я или Ленин.

Да, или с Февральской.

Да. 

В какой момент наступило это ощущение, что вообще непонятно, что делать и куда идти? Есть ли у вас в памяти воспоминания?

Все развалилось, Миша. Я прекрасно помню, когда кино не финансировалось, когда фильмы запускались и через неделю закрывались, потому что прекращалось финансирование. Все как-то вместе: и малиновые пиджаки, и бандиты, и рэкет, и все остальное. 

Россия, наша родина, чем удивительна? Что бы ни происходило, люди все равно продолжают работать. Я в этом смысле не исключение, а яркий пример. С одной стороны, было невыносимо гадко, трудно и невозможно, но с другой стороны, именно в этих обстоятельствах проявляется, насколько ты «пацан сказал ― пацан сделал». Риски были невероятные. Я как раз в девяностые годы, но не с самого начала, у меня была программа на телевидении…

Вот я хочу этот момент с телевидением вернуть к последнему «Полю чудес» с Владом Листьевым. Можете вспомнить об этой передаче и вообще о Владе?

О Владе с удовольствием хочу вспомнить, тем более что буквально несколько дней назад была годовщина, 21 год как Влада не стало, 1 марта. Это было время, когда я был в одной связке со «Взглядом» именно потому, что мы очень подружились с Владом. До Влада я был приглашенным человеком на телевидении: «Вокруг смеха», «Кинопанорама», то, что всегда было привычно в социалистические времена. Мы этим занимались у Ксении Марининой, это было совершенно романтическое время, когда был жив Гердт и так далее. Когда мы познакомились с Владом, это стало частью моей жизни. Постепенно общаясь, он меня все равно затащил в свою команду людей, которые хотят того же, чего и он. Он был очень заразительный, убедительный, аргументированный. 

Поэтому и была сделана программа L-club. Это возникло не просто так, а уже тогда, когда Влад еще делал «Поле чудес», когда и Саша Абдулов, и Горь Угольников, и я ручки какие-то дарили друг другу. На самом гребне успеха Влад вдруг оставляет программу, отдает ее Лене Якубовичу. И в это же время мы летом, сидя в беседке у меня в даче, придумываем программу L-club. Она придумана нами, она была очень популярна лет пять или шесть. 

Вы придумали ее вместе с Владом?

С Владом, с Леней Якубовичем. Мы ее просто пошагово придумывали, во всем сомневались, потом начали делать ее, а она потом пошла, пошла и была, наверно, №2 после «Поля чудес». Смотрела вся страна.

А Влад в это время идет делать «Тему». 

Влад делает «Тему», потом бросает ее. Это все гигантские шаги. С Владом мы общались очень много. Я рад, что мы заговорили про Влада, потому что с Владом немножко повторяется та же история, которая меня очень мало радует с точки зрения совести, чести и порядочности. Похожая история была, но раньше, с Владимиром Семеновичем Высоцкий. Когда его не стало, у него за один месяц появилось невероятное количество очень близких друзей, которые с ним прожили жизнь, что совершенно не имеет никакого отношения к действительности. Они стали давать какие-то интервью, рассказывать про него что-то невероятное. Чем больше эти люди говорили, тем больше я замолкал. Я никогда не считал себя близким другом Владимира Семеновича, но я с этим человек общался четыре года достаточно плотно, он со мной репетировал, он на меня обращал внимание. Мы не дружили домами, но у меня есть много что рассказать о Высоцком. То, что я считал возможным и нужным рассказывать, я рассказал.

Полный текст доступен только нашим подписчикам
Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Полная версия
Полная версия
Сможете решить известную задачу про мост?
Решите ли вы знаменитую задачу о шляпе заключённого? — Алекс Гендлер
Порох: от праздника до войны
Откуда взялось золото? — Дэвид Ланни
Три совета по обретению уверенности в себе
Есть ли у животных язык? — Мишель Бишоп
Как рождаются воспоминания и как мы их теряем — Кэтрин Янг
Джошуа Фор: Трюки памяти, на которые способен каждый
Эстер Перель: Секрет поддержания страсти в длительных отношениях
Рассел Фостер: Почему мы спим?
Джейми Оливер: Обучить каждого ребенка тому, что такое еда
Стивен Хокинг: Задавая вопросы о вселенной
Келли МакГонигал: Как превратить стресс в друга?
Моника Левински: Цена позора
Памела Мейер: Как распознать лжеца
Мэйсун Зайид: У меня 99 проблем... и церебральный паралич лишь одна из них
Джулиан Ассанж. Зачем миру WikiLeaks
Если бы мы обладали сверхспособностями: Бессмертие — Джой Лин
Ген рака, который есть у всех — Михаэль Виндельшпехт
Билл Гейтс о том, как мы можем менять вещи вокруг нас
Эндрю Соломон: Депрессия — наша общая тайна
Бенджамин Цандер: Сила классической музыки
Йоханн Хари: Всё, что вы знаете о наркозависимости, неправильно
Адора Свитак: Чему взрослые могут научиться у детей
Шон Ачор: Как счастье может помочь нам работать лучше?
Что придаёт ценность долларовой банкноте? — Дуг Левинсон
Омерзительный и смертоносный комар — Роуз Эвелет
Как сахар влияет на головной мозг — Николь Авина
Как простые идеи приводят к научным открытиям
Неожиданная математика на картине Ван Гога «Звёздная ночь» — Наталья Сент-Клер
Что делает татуировки долговременными? — Клаудия Агирре
Хелен Фишер: Почему мы любим и изменяем
Почему мы плачем? Три типа слёз — Алекс Гендлер
Арианна Хаффингтон: Как стать успешным? Высыпайтесь!
Что такое «Всемирная паутина»? — Твила Камп
Дэн Паллотта: Мы в корне неправильно думаем о благотворительности!
Аманда Палмер: Искусство просить
Полная версия
Полная версия
Самое важное
Зачем Билл Клинтон просил баллотироваться Дональда Трампа. И за кого голосуют Брайтон-Бич и Силиконовая долина
Защитит ли «омбудсмен в юбке» права шведских семей, кто спонсирует Белковского. И как прическа президента влияет на государственный режим
Алексей Волин: «Если собственник СМИ не определяет редакционную политику, он идиот». Замминистра связи о путинофобии и законах, принятых «на эмоциях»
Почему России нужно брать пример с Саудовской Аравии. Кирилл Рогов о планах Кудрина, «Роснефти» и правительства
«Врагов у него не было. Гошта все знали как добропорядочного полицейского». Журналист Александр Сивак о «второй Кущёвке» в Сызрани
Почему мы до сих пор страдаем от крепостного права? Объясняет Александр Аузан. И как так вышло, что мы платим больше налогов, чем американцы и европейцы
Помирятся ли Россия и Запад? Четыре сценария. Итоговый выпуск программы «Россия после»
«Женский взгляд» на политику и секс. Социальные проекты, от которых появляются мурашки. И что еще скоро будет на Дожде. Наталья Синдеева в гостях у Веры Кричевской в Лондоне
Лобков хоронит «зеленую женщину», Собчак собирается в тюрьму к Кумарину. Член «якудза» вспоминает Владимира Путина. И кого берут в палачи?
Их записали в ИГИЛ. Орхан Джемаль нашел россиян, которых разыскивает Интерпол
Аркадий Укупник о том, как его обижали в музыкальной школе девочки и учительница
Кашин и человеческое измерение. Бастрыкин в «Ъ», БГ в СК и милиционер-правозащитник
Живая-мертвая земля. Денис Синяков путешествует по русской Арктике
Белковский и Невзоров выбирают Родину и двигают горы
Премьера на Дожде. Документальный фильм о Сергее Михалке и группе Brutto